ПАРУ РУБЛЕЙ
Ну? И кому тут на чай не хватает?

Какую музыку делают настоящие мужчины? «Комбат, батяня...» -- нет, откровенно не то. «Владимирский централ, ветер северный...» -- еще менее вероятно. Зайдем с другого конца. Что в мужчине самое главное? Что необходимо в первую очередь ему, а потом уже и милой, коротающей рядом с ним свои часы и минуты? Не вижу ничего более подходящего на роль незаменимого качества, чем истинное чувство юмора. То, которое позволяем не только «мочить» окружающих вместе с их действительностью, но и себя ненаглядного обдать солидной струей острот. При этом еще очень ценится умение зажечь женские сердца по-настоящему горячими ритмами.
Вот они -- ПАРУ РУБЛЕЙ: Михаил Кравцов -- вокал, Павел Яновский -- бэк-вокал, Константин Колесников -- бас-гитара, Антон Мацулевич -- ударные, Иван Запрутский -- труба, Юрий Ятусевич -- тромбон, Николай Ятусевич -- баритон. Несмотря на то, что корабль сей спустили на воду относительно недавно, все семь человек уверенно упираются в его палубу ногами. Миша, Паша и Костя -- элегантно, с чувством собственного достоинства, почти как у классиков...

Часть первая.«...В уездном городе N было так много парикмахерских заведений и бюро похоронных процессий, что казалось, жители города рождаются лишь затем, чтобы побриться, остричься, освежить голову вежеталем и сразу же умереть...»

-- Так, ребята, ПАРУ РУБЛЕЙ -- группа молодая относительно своего собственного существования как музыкального явления. Но вам-то самим, что называется, уже не впервой. Порассуждаем-ка о вашей опытности-прожженности и о количестве съеденных на этом поприще собак. Попросту -- как к РУБЛЯМ-то пришли?

Миша: Отправился я как-то в магазин и взял с собой только пару рублей… Если серьезно, была сначала группа JAR JABBER. В ней играл я, Костя, Сергей Кононович и небезызвестный Сундук. В таком составе мы просуществовали некоторое время. Потом у барабанщика с Серегой начались трения. Коллектив развалился. Костя ушел в HASTA LA FILLSTA, Сундук попал в ЛЕПРИКОНСЫ, где, кстати, и я тоже играл на басу (да, я еще и бас-гитарист!). Потом, в силу определенных причин меня там сменил Костя, а я ушел в подполье (как у вас все плотняком-то завязано! -- Прим. авт.). Чуть позже я стал играть в группе ЙО-ЙО.
Костя: Там-то Миша и приобщился к замечательной музыке ска. Между прочим, в то время ЙО-ЙО да группа ГАРБ И СЫН были единственными командами, которые творили в этом направлении.

-- «То время» -- это какое именно?

М.: Я еще в институте учился… 98-й-99-й года. Я решил тогда, что пора бы уже что-то свое создавать, сколько можно не удел быть? Познакомился с Павликом. Через общего знакомого. Мы с этим человеком учились вместе, а Павлик…
Паша: Я с ним отдыхал!
М.: У них дачи рядом были. Мой друг сказал: «Есть человек, который играет на гитаре, а ты вроде как поешь». Так и познакомились.
П.: А мне он так Мишу описывал: «Вы друг друга стоите. Вас надо обязательно свести».
К.: И, как время показало, они друг друга действительно стоят!

Часть вторая.«...Ну, по рукам, уездный предводитель команчей! Лед тронулся! Лед тронулся, господа присяжные заседатели!... Нервных просят не смотреть!..»

-- То есть, как я понимаю, все начиналось именно с Миши и Паши? Зерно, давшее всходы, кидали в землю в две руки?

П.: Примерно. Миша снова стал петь. У нас собрались чудесные музыканты, в основном строительных профессий.
М.: Мои друзья.
П.: У них гораздо более явно проступала тяга к строительным материалам и соответствующему инвентарю (кирпичам, гаечным ключам…), чем к нежным гитарным струнам и барабанам. Честно признаюсь, мудохался с ними два года.
М.: В то время я уже ушел из ЙО-ЙО. Ситуация сложилась примерно такая: я бухаю, другие в этот момент ничего не делают, а только смотрят, как я бухаю!
П.: Творчества тогда на самом деле не было никакого -- один «Бухенвальд»! В принципе, как всегда и как у всех. Мы и разбрелись по разным сторонам. Но с Мишей не прекращали контактировать. В конце концов, он сказал: «Что это за детство такое? Надо что-то решать!» Стали делать музыку вдвоем. Очень долго искали музыкантов.

-- Вас что, действительно осталось только двое? Куда же остальные, те, которые строительных профессий, подевались?

М.: Мы всех выгнали и решили пока работать вдвоем. Записали первую пластинку -- демо из четырех песен. Дали ее Косте, чтобы он послушал и помог найти хороших музыкантов. Он и помог.
К.: Так помог, что сам влился. И даже придал движение вперед.
П.: Если бы не он, мы бы, наверное, все спились. (То же мне, люди, измученные нарзаном! -- Прим. авт.)
М.: Не думаю. Потому что в то время я как раз с алкоголем значительно подвязал. Это были последние дни на поле брани с зеленым змием. И я справился.

-- Вот эти последние события, о которых вы, мои дорогие, говорите… они когда имели место?

М.: Примерно год назад. Тринадцатого июля был ровно год нашего совместного творчества, если считать от нашей первой совместной репетиции. Как сейчас помню, эта была суббота.

-- Годовщинку-то отпраздновали?

М.: Мы же не пьем. Какие уж празднования?
П.: Тут на метро не хватает, а ты про вливания-выливания! (ага, а также еще про втекающие-вытекающие. -- Прим. авт.)

Часть третья.«...Виктор Михайлович лично принимал участие в погоне за вором, но вор, хотя и нес в вытянутых вперед руках кипящий самовар, из жестяной трубы которого било пламя, бежал очень резво и, оборачиваясь назад, хулил держащегося впереди всех Виктора Михайловича нечистыми словами...»

-- Хорошо, анализируя годовую работу, что можно сказать о темпах? Многое ли сделано за эти пятьдесят две недели?

К.: Темпы у нас хорошие.
П.: Нормальные темпы.
М.: Сто сорок ударов в минуту!
К.: Самое главное -- есть постоянный состав. А это значит, что мы уже имеем возможность не перерепетировать постоянно с новыми людьми, а наращивать.
П.: Да, за последних полгода состав утрясся. Все те, кто мог отвалиться, соответственно, -- отвалился. Остались только раздолбаи.
К.: За год полностью отработана часовая программа. Записано две новые песни. Мы даже успели смонтировать клипец.
П.: Демо-клип. Черновой вариант видео.
М.: Недавно отыграли «юбилейный» десятый концерт. Если учесть, что первый выход на публику у ПАРУ РУБЛЕЙ состоялся примерно полгода назад, а потом принять во внимание условия, создаваемые для белорусских музыкантов... получается, что десять концертов за шесть месяцев -- не так уж и плохо.
К.: Кроме Минска мы успели отметиться в Молодечно. А на последнем выступлении нас заметил человек из московского клуба и пригасил к себе. М.: Я уже отнес ему готовое демо и еще одну песню. Он взял, но сказал, чем больше материала, тем лучше. За сим оставил нам свои координаты. Не факт, что из этого еще что-нибудь выгорит.

Часть четвертая.«...Но предупреждаю, если вы вовремя не вступите со своей арией!.. Это вам не Экспериментальный театр! Голову оторву...»

-- А духовые? Они когда нарисовались? У вас же их трое -- мало у кого такой трубо-набор увидишь.

М.: Трубачи планировались с самого начала. Еще когда мы делали первое демо, записали партию клавишных. Но уже тогда предполагали, что это позже заменится духовыми. Так что, когда мы с Павликом только начинали, трубачи уже были в проекте.
П.: Пару человек даже пробовались на эту роль еще в ТО время. Но они все были какие-то... кривые -- могли играть только по нотам. Вот, поставишь перед ними бумажку, где каждый шаг в своей последовательности расписан, тогда они сыграют!
М.: А без бумажки -- не могут, не помнят ничего. А мы -- наоборот (вот тут бы порассуждать о преимуществах и недостатках музыкального консерваторского либо академического образования. Да только к чему? -- Прим. авт.)

Часть пятая.«... -- Это ваш мальчик?!... -- Мальчик. Разве плох? Кто скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень!..»

-- Обратимся к музыкальной стилистике (ох, и не люблю ж я это дело...). Ладно. Вопрос в следующем: что играем? Ска? То есть то, к чему определенный период жизни приобщала (уж не знаю, насильственно ли был дан старт) группа ЙО-ЙО?

М.: Черт его знает, что мы играем. Наверное, то, что нам нравится.
К.: По-моему, это просто похоже на музыку ска.
П.: Но только не ска-панк! Умоляю! У нас же нет умных слов.
М.: А зачем нам умные слова: Просто так складывается, что нас все время ставят в такие «пачки», где все считают, что это ска. Хотя ведь с какой- то стороны там можно и шансон увидеть.

-- Хочу подчеркнуть, что шансон не в поп-трактовке (Катя Огонек и Виктор Калина тут точно не причем), а видимо, в его классическом понимании -- городской романс: утонченный, но рвущий.

М.: Именно.

-- Тогда, коль уж мы про шансон начали беседу вести, позвольте ребята я вам тут кое-что зачитаю. Так вас определил один молодой человек, накропавший заметку о последнем концерте. Внимание! Выдержка из текста: «ПАРУ РУБЛЕЙ представили смесь карибских ритмов и околошансона эстрадного образца. Похоже на джаз от маэстро Финберга -- смешно». Сойдет за правду, как вы считаете?

П.: Ну, если ему джаз от Михаила Финберга кажется смешным, то, я боюсь, этот молодой человек слабо разбирается в музыке.
М.: Ну, зачем так сразу? У нас ведь есть карибские ритмы?
К.: Есть.
М.: И джаз тоже?
П.: Тоже. В таком случае и Финберг имеется, что ли?
М.: Ну-у-у, у вас есть Михаил!
К.: Понимаешь, что получается: Михаил есть, а Финберга нет!
М.: Вот насчет Финберга журналист ошибся.

-- А что же по поводу «околошансона» да еще и «эстрадного образца»? Это вообще что такое? Как оно слушается и где есть? У вас, ребята, оно тоже имеется?

К.: Это смотря какой шансон иметь в виду. Хотя, мы ведь уже с городским романсом разобрались.
П.: Наверное, Мишин хриплый вокал накладывает определенный отпечаток и наводит на конкретные мысли. Но если увидел человек шансон... пардон, околошансон, значит, он есть.
М.: В итоге мы имеем... элементы шансона, карибские ритмы, джаз...
К.: Карибский джазовый шансон от Финберга!
М.: Так что это не фига не ска.

-- Н-да, нарисуйте-ка себе, хорошие мои, в умах картинку. Спрашивает у вас какой-нибудь организатор: «Что, парни, играете?» А вы ему небрежно, словно через плечо, бросаете: «Умойся, дядя! Карибский джазовый шансон!» Вы представляете себе его человеческую реакцию? Я, например, слабо... Не так давно произошел со всеми нами один случай. Вы должны его помнить. Ехали мы все на машине, как вдруг, откуда ни возьмись, появились дорожные архангелы. Остановив автомобиль за незначительное нарушение, представитель этой, с позволения сказать, касты дорожно-патрульных брахманов поинтересовался у девушки, сидевшей за рулем: «Это что у вас за целая машина людей?» -- «Группа ПАРУ РУБЛЕЙ. На концерт опаздываем» -- «Хм! А какую музыку исполняют?» -- «Ну, что-то похожее на ЛЕНИНГРАД». Заметьте, отпущены были моментально. Пускай на хранителя белорусских дорог возымел влияние Шнуров, но что по поводу ПАРУ РУБЛЕЙ и ЛЕНИНГРАДА? Я, например, вижу достаточно четкие параллели. Теперь скажите мне, есть ли они на самом деле?

М.: (ко всем. -- Прим. авт.) Разве что духовые и хриплый голос?
П.: Я не скажу, что ЛЕНИНГРАД и рядом нигде не стоял. Конечно, эту музыку слушали. Она оказала свое влияние.
М.: Она тоже близка к ска. Там также есть шансон.
П.: Только в ЛЕНИНГРАДЕ больший упор на трубы делается, а у нас -- на гитарное звучание.
М.: Да. Гитара у нас сильная и сочная.
П.: И вокал, по-моему, прекрасный.

-- Так-так. Сейчас беседа, похоже, плавно перерастет в систематическое отвешивание друг другу комплиментов. Может, все-таки с ЛЕНИНГРАДОМ завершим?

П.: Ну, давай. Когда мы только с Мишей начинали, естественно, все это было под нешуточным «ленинградским» влиянием. Но только я изначально исключил все матерные слова. Слэнг -- да, но не мат. А то бы нас, наверное, все время сравнивали. Не оберешься потом.

-- Подожди, Павлик. Я знала, что ты главный композитор в коллективе. Ты что, еще и тексты пишешь? Честно говоря, думала, это Мишина прерогатива...

П.: Так и есть. В основном этим занимаюсь я. Раньше делали вдвоем. Теперь, вот, один батрачу на всех! Я делаю основу, а с ребятами мы потом вместе обрабатываем. Здоровое коллективное творчество!

Часть шестая. «...Действовать смело. Никого не расспрашивать. Побольше цинизма. Людям это нравится. Через третьих лиц ничего не предпринимать. Дураков больше нет. Никто для вас не станет таскать брильянты из чужого кармана. Но и без уголовщины. Кодекс мы тоже должны чтить...»

-- Значит, говорите, вас на концертах в «ска-пачки» ставят. Насколько вам там уютно? Если все же не очень, то куда сами бы себя поместили? М.: Я считаю, что мы нормально вписываемся. Других-то «пачек», подходящих нам, и нет вовсе.

П.: Я так понимаю, что нам подходит играть везде, где бы ни играли. По крайней мере, так было до этого момента.

-- Группа-универсал? Но ведь это же уникальное явление в белорусском шоу-бизнесе (так его разэтак!). Особенно, если принять во внимание практически абсолютную локализацию вкусов и интересов публики: я слушаю метал, поэтому следующий тост -- за карасика, так как он икру МЕТАЛ!... П.: Ну, универсал -- это слишком круто. Только те же самые металисты трясут под наши песни патлами, а длинноногие девки крутят задами. Никто пока не жаловался.

М.: По слухам, у нас есть уже и свои фанаты, которые отслеживают движение группы, постоянно хотят с нами общаться. Один даже оставил свой телефон и попросил: «Ты хоть SMS скинь, когда и где вы играть будете!»
П.: Вот, один преданный человек есть, это уже классно!
М.: Вообще-то их всего шесть.
П.: (возмущенно-обиженно. -- Прим. авт.) А почему шесть?! Нас же семеро в группе! Следовательно, нужно семь фанатов -- по одному на каждого. Люди, ищем седьмого!
М.: Лучше, чтобы это были фанатки.

-- Девочки-группис? То есть, подружки команды, обеспечивающие постоянную женскую поддержку, куда бы ни отправлялся коллектив?

П.: Ну, хорошо. Уговорили. Пусть будут фанатки. Или группис. Только чтобы они за свой счет ездили с нами, и чтобы их не надо было кормить!
Часть седьмая. «...И Лиза, краснея, купила у торговки бутерброд с вареной колбасой. Как она ни была голодна, есть на улице показалось неудобным. Как-никак, а она все-таки была матрацевладелицей и тонко разбиралась в жизни... Колбаса была обольстительна...»

М.: (обращаясь ко мне. -- Прим. авт.) Кстати, Оля, а почему ты не спрашиваешь, откуда произошло название группы?
П.: Миша! Потому что это дебильный вопрос!

-- Э-э-э... в принципе, и по этой причине, конечно тоже. Но в основном... «Дайте, пожалуйста, пару рублей!» Это цитата в чистом виде -- слова из вашей песни. Что же тут может быть непонятно?! А посему -- зачем за зря занимать место на полосе и пленку диктофона расходовать?

М.: Действительно, в этой фразе, как и в самом названии ПАРУ РУБЛЕЙ, сосредоточено прошлое. А прошлое -- дорого.
П.: Скажем так, это есть груз прошлого. Или груз настоящего? Ну, не хватает же мне пару рублей на метро, елки-палки!

Часть восьмая.«...Вы отвечаете за целость вещи. Если даже будет удар в пятьдесят баллов, стул должен быть сохранен...»

-- Паша, вот недавно ты рассказывал, как в одном клубе тебя после концерта упросили медиатор подарить. Часто бывают такие вещи на выступлениях? И как насчет казусов, если случаются вообще?

П: Да почти регулярно что-нибудь подобное происходит. С Миши носки однажды чуть не сняли.
М.: У меня был тогда имидж такой: я выступал в вязанных мамой носках. Стою на сцене и вдруг чувствую, как с меня чьи-то руки носки стягивают. И ведь все равно же ему, что они дороги мне как память.
П.: А кажется, «Лео» -- культурный клуб, приличное место, а человека чуть не разули!.. А еще, Оль, напиши, пожалуйста, чтобы тромбонистов из толпы не дергали за кулисы. А то они будут бить по мордам ногами. А это уже криминал. Но что ж делать? Пусть обороняются.

Часть последняя«...Товарищи! Нужна немедленная помощь. Мы должны вырвать детей из цепких лап улицы, и мы вырвем их оттуда. Поможем детям. Будем помнить, что дети -- цветы жизни. Я приглашаю вас сейчас же сделать свои взносы и помочь детям. Только детям и никому другому. Вы меня понимаете?..»

-- Мальчики мои ненаглядные, вы, наверное, согласитесь, что все на свете делается ДЛЯ чего-то, то есть, имеет под собой конкретную цель. В чем цель у ПАРУ РУБЛЕЙ? Да и что есть для каждого из вас эта команда?

К.: Отличный коллективчик! Веселая музыка, заводное настроение... А что еще нужно?
П.: Я вообще-то денег хочу заработать, если говорить конкретно про мою цель. Надоело уже на метро собирать! Сначала, правда, все такие вдохновленные, начинают заниматься творчеством не ради денег... (задумавшись. -- Прим. авт.)... хотя нет, наверное, все-таки ради... М.: А деньги ради чего? Ради женщин, конечно же! Следовательно, мы играем ради женщин!

-- Скажите, пожалуйста! Какой неожиданно чудесно-очаровательный стройный логический ряд!

М.: В этом мире от мужчин все исходит исключительно ради женщин... А если без шуток, то я уже достаточно... нет, даже слишком долго мыкался. Просто хочется чего-то настоящего. (Проходящий персонаж, оказавшись около нашего столика: «...Может, у вас мелочь какая-нибудь найдется?» -- Прим. авт.)
М.: Парень, самим бы кто пару рублей дал! (все смеются. -- Прим. авт.)
К.: Видишь, Олька, люди как будто бы чувствуют ауру этого коллектива!
П.: (словно вернувшись. -- Прим. авт.) Я же говорю, что мы живем в материальном мире. Все, я определился. К черту романтику! Я играю только ради денег! Извините, но... в жопу искусство! Жрать же что-то надо!
М.: К слову: я предлагал к названию группы добавить в конце вопросительный и восклицательный знаки. Но Павлик не соглашается. А получилось бы очень красиво. С такой умоляюще-просящей интонацией -- ПАРУ РУБЛЕЙ?!.

-- Ага, почти как бессменный Киса Воробьянинов. Что он там говорил? «Мосье, же не манж па сис жур...»

П.: Точно! «Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы...» Мы ведь воспитаны именно на этом. Отсюда и надо танцевать.
P.S. «...Среди этого океана стульев, сделанных из ореха, дуба, ясеня, красного дерева и карельской березы, среди стульев еловых и сосновых герои романа должны найти ореховый гамбсовский стул, таящий в своем обитом ситцем брюхе сокровища...»
P.P.S. Все цитаты взяты из афористической книги «Двенадцать стульев», принадлежащей гениальному перу И. Ильфа и Е. Петрова.


Музыкальная газета. Статья была опубликована в номере 32 за 2005 год в рубрике музыкальная газета

©1996-2021 Музыкальная газета